Вячеслав Кондратьев.Великая Парагвайская война 1864-1870.Баржи против броненосцев | Куликовец

Вячеслав Кондратьев.Великая Парагвайская война 1864-1870.Баржи против броненосцев

К концу февраля союзники довели численность своих войск до 50 тысяч. Парагвайцы
благодаря очередной мобилизации сумели восполнить потерю корпуса Эстигаррибии и
вновь располагали 40-тысячной армией. Эти силы стояли друг против друга на
противоположных берегах Параны, готовясь к смертельной схватке. Все участники
конфликта уже понимали, что о надеждах на быстрый и легкий успех надо забыть, но были
полны решимости драться до победы.
Союзникам придавал уверенности имевшийся у них козырь в виде мощного бразильского
флота, который недавно пополнился четырьмя броненосцами: «Бразилия», «Байя»,
«Баррозо» и «Тамандаре».Броненосная батарея «Бразилия»
Броненосец «Бразилия» был заказан во Франции, на тулонской судоверфи «Сосьете Нувель
де Форж». Закладка этого броненосца (в тогдашней терминологии – бронефрегата)
состоялась 5 января 1864 года. 23 декабря его спустили на воду, а 2 марта следующего
года на палубу взошел капитан Антонио Энрике Баптиста.
Родоначальник бразильского броненосного флота имел солидное по тем временам
водоизмещение – 1518 тонн, длину 63,4 м (без бушприта), максимальную ширину – 11 м и
высоту борта – 3,8 м. Его приводила в движение двухцилиндровая паровая машина
мощностью 500 л.с., работавшая на один винт и позволявшая развивать скорость до
10,5 узлов. Кроме того, он обладал парусной оснасткой класса «баркентина» общей
площадью 550 квадратных метров.
Вооружение составляли восемь пушек, установленных в центральном каземате: четыре
гладкоствольных 68-фунтовых и четыре 70-фунтовых (152 мм) орудия Уитворта. Эти орудия
уже упоминались в 7-й главе, однако стоит рассказать о них поподробнее.Каналы стволов уитвортовских пушек имели шестигранное сечение, причем граням
придавалась спиралевидная крутка, игравшая роль нарезов и обеспечивающая вращение
снаряда в полете. Благодаря этому значительно повышалась точность, кучность и
дальность стрельбы. 70-фунтовка Уитворта могла метать снаряды на дистанцию до шести
километров, в то время как гладкоствольные пушки того же калибра стреляли не более
чем на три. Орудие весило четыре тонны и стоило 2500 фунтов стерлингов – большие
деньги по тем временам. Боеприпасы к нему тоже были недешевы.
Бортовая броня «Бразилии» имела толщину 102 мм, боковые стенки каземата – 114 мм,
передняя и задняя стенки каземата – 90 мм, палуба – 25 мм. Бортовые и казематные
броневые плиты крепились длинными болтами к дубовой обшивке толщиной 230 мм.
1 июля 1865 года «Бразилия» вышла из Тулона и отправилась в дальний путь через
Средиземное море и Атлантический океан, который завершился 29 июля. 3 августа
корабль почтил своим визитом император Педро, а 19 сентября броненосец направили в
зону военных действий.
Монитор «Байя», как уже говорилось, изначально назывался «Минерва» и строился в
Великобритании по парагвайскому заказу, но был перекуплен бразильцами. В январе
1866 года корабль прибыл в Рио-де-Жанейро и без промедления отправился на войну.
Его водоизмещение составляло 926 тонн, длина – 53,5 м, ширина по мидель-шпангоуту –
10 м, суммарная мощность двух паровых машин – 280 л.с. Вооружение состояло из двух
120-фунтовых (178 мм) орудий Уитворта, размещенных во вращающейся броневой башне с
паровым приводом. Толщина бортовой брони – 76–114 мм, башенной – 110 мм, экипаж –
120 человек. Как и «Бразилия», корабль нес трехмачтовое парусное вооружение.Первый бразильский броненосец собственной постройки был заложен на государственной
столичной судоверфи «Марина-де-ла-Корте» 21 февраля 1865-го и вступил в строй
4 ноября того же года. Поскольку опыта постройки кораблей подобного класса в стране
еще не было, он представлял собой относительно простую казематную плавбатарею.

Первоначально броненосец планировали назвать «Рио-де-Жанейро», но после того как
эскадра Баррозо разгромила парагвайцев при Риачуэло, кораблю императорским указом
присвоили название «Баррозо» в честь победоносного адмирала.
«Баррозо» представлял собой деревянный одновинтовой речной пароход с бронепалубой,
прямоугольным бронированным казематом на четыре орудия и броневым поясом вдоль
бортов. Водоизмещение – 1354 тонны, длина – 61 метр, ширина – 11 метров, команда – 149
человек. Каземат и борта были обшиты железными плитами толщиной 102 мм. Плиты
крепились к 60-сантиметровой подложке из очень прочного местного дерева пероба,
дававшей неплохую дополнительную защиту. Толщина бронепалубы и крыши рубки – 12,7
мм.Броненосная батарея «Баррозо»
Вооружение «Баррозо» составляли два 70-фунтовых орудия Уитворта и две
гладкоствольные 68-фунтовые пушки, а также две десантные 12-фунтовки на сухопутных
колесных лафетах. Английская двухцилиндровая паровая машина мощностью 420 л.с.
придавала кораблю скорость до 9 узлов на спокойной воде. Подводная часть корпуса для
предохранения от обрастания водорослями была обшита медными листами.Броненосец «Байя» у бразильского побережья после перехода через АтлантикуЧерез два месяца после начала постройки «Баррозо» бразильцы решили, что корабль
спроектирован неудачно. Он получился слишком тяжелым и громоздким для своего
вооружения. Но перестраивать его не стали, зато следующий броненосец – «Тамандаре»,
построенный на той же верфи, сделали гораздо меньше и легче, установив на него точно
такой же артиллерийский каземат.
Примечательно, что «Тамандаре», заложили на три месяца позже, чем «Баррозо», 21 мая
1865 года, а приняли на вооружение раньше – уже 16 сентября. Столь быстрая постройка,
очевидно, объяснялась использованием готового корпуса и силовой установки от другого
корабля. Если судить по дате поднятия флага, то именно «Тамандаре» стал первым
броненосцем, сооруженным в Бразилии. Свое название он получил в честь
главнокомандующего бразильского флота маркиза де Тамандаре.Броненосная батарея «Тамандаре»
«Тамандаре» имел длину 51 метр, водоизмещение – 845 тонн, бронирование – такое же,
как на «Баррозо». Паровая машина мощностью 270 л.с. позволяла развивать скорость до
восьми узлов.
В каземате стояла одна гексагональная 70-фунтовка и три гладкоствольных 68-фунтовки.
Такой состав вооружения объяснялся дороговизной нарезных пушек. Бразильцы не могли
себе позволить вооружать броненосцы только ими, но хотели иметь на каждом корабле
хотя бы одно дальнобойное орудие.
Помимо броненосцев, в союзную эскадру входили 12 безбронных паровых канонерок и пять

авизо – небольших быстроходных паровых судов. На кораблях стояло в сумме 110 орудий
различных калибров, а общая численность команд составляла 3520 человек.
Парагвай смог противопоставить этой армаде лишь один вооруженный пароход
«Гуалегуай» и три артиллерийские баржи. Да и «Гуалегуай», захваченный год назад в
Корьентесе, можно считать боевым кораблем с очень большой натяжкой.
Это было грузопассажирское колесное судно длиной 31 метр, шириной 4,3 метра и
водоизмещением 180 тонн. Его приводила в движение двухцилиндровая паровая машина
мощностью 80 лошадиных сил. Экипаж насчитывал 25 человек под командованием
лейтенанта Хосе Марии Фариньи, а вооружение состояло всего из одной 12-фунтовой
гладкоствольной дульнозарядной пушки на поворотном лафете.Капитан броненосца «Тамандаре» Антонио Карлос де Мориц э Баррос, погибший
27 марта 1865 года от парагвайского ядра, попавшего в амбразуру

Остальные корабли парагвайского флота, уцелевшие Риачуэльской баталии, к началу
1866 года базировались в Асунсьоне, а их подход к месту предполагаемого десанта
блокировала бразильская эскадра. «Гуалегуай» и чатас, для которых он служил буксиром,
стояли в небольшой бухте возле форта Итапиру.
Гладкоствольные пушки форта имели относительно небольшую дальнобойность и могли
помешать высадке лишь в непосредственной близости от него. Тем не менее, союзники
решили, что перед десантированием надо убрать это препятствие, а заодно и
продемонстрировать врагу мощь своего нового оружия.
20 марта броненосцы «Байя», «Тамандаре» и канонерка «Сисни» открыли огонь по
Итапиру. В тесном каземате «Тамандаре» находился почетный гость – президент
Аргентины Митре, решивший лично поучаствовать в столь интересном и знаменательном
событии. Пушки форта сразу открыли ответный огонь, однако их ядра не пробивали броню.
Корабельные снаряды тоже делали лишь неглубокие выбоины в толстых кирпичных стенах
равелина. Перестрелка продолжалась несколько часов, не дав никаких результатов. На
следующий день обстрел возобновился, но Итапиру по-прежнему стойко держал
попадания. А 22 марта парагвайцы преподнесли врагам сюрприз.
Утром бразильские корабли вновь вышли на боевую позицию, и тут произошло
неожиданное: из-за мыса вдруг появился колесный пароходик и на всех парах устремился
к вражеской эскадре. Неизвестно, что подумали бразильские моряки, возможно, они
решили, что парагваец идет сдаваться. Но тут раздался выстрел, и ядро просвистело мимо
одного из броненосцев. Стало ясно, что «Гуалегуай» решил дать бой.
Это выглядело полным безумием, ведь его единственная 12-фунтовая пушечка была

абсолютно бесполезна против брони. И даже для небронированной канонерки ее ядра
размером с апельсин не представляли серьезной угрозы. При этом всего одного удачного
попадания 68-фунтового, а тем более – 70-фунтового снаряда могло хватить, чтобы
отправить «Гуалегуай» на дно реки.
Тем не менее, парагвайцы, за которыми с берега наблюдал во французский бинокль сам
маршал Лопес, решили рискнуть, в надежде на то, что бразильцы не сумеют попасть по
малоразмерной движущейся цели. И самое удивительное – их расчет оправдался. Оба
броненосца и канонерка открыли по «наглецу» беглый огонь, но все снаряды ложились
мимо.
Продолжая стрелять, «Гуалегуай» приблизился к вражеской эскадре примерно на 200
метров, лихо развернулся и поплыл обратно. Неизвестно, попал ли он в кого-нибудь, но
известно, что в него не попали ни разу, хотя ядра и снаряды то и дело взметали фонтаны
воды у его бортов. Вскоре невредимый «Гуалегуай» скрылся за мысом. Его «бенефис»
длился около получаса.Бой на острове Пурутью 10 апреля 1865 года. Бразильцы при поддержке
артиллерии боевых кораблей отражают парагвайский десант

Практический результат вылазки был близок к нулю, но Лопес пришел в восторг. Он
объявил морякам, что их героический рейд в очередной раз продемонстрировал
несгибаемую доблесть парагвайцев и одновременно – неумение бразильцев стрелять. В
ответ лейтенант Фаринья заявил, что его команда готова повторить вылазку. И вскоре
«Гуалегуай» снова устремился к вражеской эскадре, как будто дразня неприятеля и играя
со смертью. Как и в первый раз, эта неравная дуэль закончилась вничью, бразильским
комендорам опять не удалось поразить цель.
Поверив в свою неуязвимость, экипаж «Гуалегуая» под вечер вышел из бухты в третий раз.
Можно себе представить, какими проклятьями осыпали его бразильцы, однако ничего
иного они сделать не смогли. Все их снаряды лишь глушили рыбу, хотя в этот раз
отчаянный пароходик показал корму буквально в нескольких десятках метров от одного из
броненосцев, сделав прощальный выстрел из пушки почти в упор.
На вечернем построении Лопес вновь поблагодарил моряков за храбрость, сказав, что
«Гуалегуай» вынудил неприятеля израсходовать впустую множество боеприпасов, которые
он мог выпустить по форту Итапиру. Маршал приказал выдать всем членам команды по
золотому эскудо и предложил отпраздновать успех.
Однако успех был относительным, ведь ущерб, который «Гуалегуай» нанес противнику,
состоял лишь в бесполезной растрате бразильских снарядов. Ночью парагвайцы решили
рискнуть еще больше и на следующий день атаковать бразильскую эскадру с помощью

чаты, ведомой за пароходом на буксире. Они надеялись, что ее 30-килограммовые ядра
смогут пробить броню. Надежды были тщетными, так как последующие бои показали, что
такие ядра оставляют в 10-сантиметровых железных плитах лишь глубокие вмятины, но
тогда парагвайцы об этом еще не знали.
Утром 23 марта бразильцы увидели, что к ним приближается уже не один «Гуалегуай».
Пароходик тянул на толстом канате баржу с большой пушкой и десятком артиллеристов.
Подойдя на дистанцию эффективного огня, пароход и баржа выстрелили по броненосцам. В
ходе боя парагвайцы успели дать еще несколько залпов, но бразильцы ничего не пишут о
том, удалось ли достичь попаданий. Сами же они вновь опозорились, не попав ни в
«Гуалегуай», ни в баржу, хотя скорость парохода «с прицепом», естественно, была ниже,
чем без него.
В следующем боевом выходе Фаринья решил взять на буксир уже две баржи, чтобы
повысить шанс поразить врага, несмотря на то, что скорость «Гуалегуая» с подобной
нагрузкой снижалась до минимума. Это превышало все разумные пределы риска,
поскольку такой «караван», движущийся черепашьими темпами, представлял собой
отличную мишень.
Возможно, лейтенант отказался бы от своей затеи, если бы он знал, что бразильцы, решив
наконец расправиться с его кораблем, значительно нарастили силы. Они подогнали к
Итапиру все свои броненосцы, а заодно и еще две канонерки – «Беберибе» и «Энрике
Мартинес».
Таким образом, «Гуалегуай» поджидали три казематных броненосца, башенный монитор и
три канонерские лодки. Неудивительно, что при таком соотношении сил волшебство
закончилось, и этот бой стал для него последним.Пока корабли сближались, бразильцы продолжали «мазать», но когда пароход развернулся
на обратный курс, ему пришлось выгребать против течения, а из-за барж его скорость
упала почти до нуля. С машинами, работавшими на полную мощность, он еле полз среди
всплесков от ядер и бомб, развивая лишь полтора-два узла. И тут бразильцам, наконец,
повезло. Очередной снаряд броненосца «Тамандаре» прошил навылет баржу, шедшую
последней в цепочке. Чата быстро затонула, ее экипаж попрыгал в воду и вплавь добрался
до берега, однако двоим артиллеристам доплыть не удалось.
Облегченный «Гуалегуай» пошел немного быстрее, до спасительного мыса оставалось
совсем чуть-чуть, но тут еще один снаряд угодил ему в машинное отделение, повредив
один из двух цилиндров двигателя. Кое-как проковыляв оставшиеся метры, «Гуалегуай»
повернул за мыс и укрылся в бухте. Необходимого оборудования и материалов для ремонта
в Итапиру, разумеется, не было, поэтому геройства лейтенанта Фариньи и его команды на
этом закончились.Артиллерийская баржа-чата

Погибший на острове Пурутью полковник Жоао Карлос Кабрита

Парагвайцам удалось отомстить 27 марта, когда ядро, выпущенное из Итапиру, влетело
прямиком в амбразуру каземата «Тамандаре» и несколько раз рикошетировало от стен,
убив 14 человек и выведя из строя все четыре орудия. Смертельное ранение получил и
капитан Антонио Карлос де Мориц э Баррос, умерший через день на борту госпитального
судна. Броненосец отправился в ремонт, однако из-за этого огневая мощь бразильской
эскадры уменьшилась незначительно.
Утром 5 апреля под прикрытием густого тумана бразильцы высадились на небольшом
необитаемом островке Пурутью (в переводе с гуарани – «птичий крик», так как там
гнездилось множество птиц), расположенном посреди Параны. Там они установили
батарею из восьми орудий, направленных на Итапиру, и разместили гарнизон для их
прикрытия. В тот же день батарея присоединилась к обстрелу форта.Развалины форта Итапиру на рисунке, сделанном вскоре после войны. В
дальнейшем форт окончательно разрушился и сейчас от него не осталось почти
никаких следов, кроме ушедших в землю остатков кирпичной кладки

10 апреля парагвайцы попытались отбить остров. С 29 больших каноэ они высадили на нем
1260 солдат под командованием уже знакомого нам Хосе Эдвиго Диаса, получившего за
успешный бой у Пеуахо звание подполковника. Но бразильцы при поддержке артиллерии
боевых кораблей отбили нападение, уничтожив до 900 нападавших. Их собственные потери
тоже были немалыми – около 500 человек, причем часть из них приходилась на
«дружественный огонь». Промахиваясь по парагвайцам, корабельные пушкари
неоднократно попадали в своих. По одной из версий, снарядом с канонерки «Фиделис» был
смертельно ранен командир гарнизона острова полковник Жоао Карлос Кабрита, по другой
– его убили в рукопашной. В честь погибшего полковника бразильцы переименовали
Пурутью в остров Кабрита. Сейчас этого острова уже нет, за прошедшие полтора века его
размыло течением реки.
Интенсивная бомбардировка Итапиру продолжалась более двух недель, пока он не
превратился в руины. Неизвестно, сколько людей при этом погибло, так как парагвайцы,
по обыкновению, скрыли свои потери. В общем счете бразильская эскадра и батарея с
острова Кабрита выпустили по форту более полутора тысяч снарядов.
16 апреля в нескольких километрах к западу от Итапиру, в районе лагуны Вера, высадился
десятитысячный аргентино-бразильский десант. Война пришла на парагвайскую землю.
Защищать остатки форта не имело смысла, и Лопес приказал гарнизону отступить на
укрепленные позиции у пристани Пасо-де-ла-Патриа.
Поскольку бухту, в которой стоял «Гуалегуай» и две уцелевшие чаты, по-прежнему
блокировал бразильский флот, парагвайцы перед уходом затопили корабль и обе баржи,
предварительно сняв с них пушки. По непонятной причине «Гуалегуай» не был сожжен,
благодаря чему через пару месяцев судно удалось поднять, отремонтировать и вернуть в
состав аргентинского флота.

Источник:Книга

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

двенадцать − 3 =