Железный Зэк: особое мнение — Карантин | Куликовец

Железный Зэк: особое мнение — Карантин

 

 

Так устроена психика человека, что всё связанное с всплеском эмоций запоминается надолго.
Я до сих пор помню, как в пять лет умолял со слезами бабушку рассказать мне о том, как подоить курицу, чтобы изготовить конфеты «Птичье молоко». Тепло маминой руки ведущий меня в школу; гнев деда, который заметил у меня, семилетнего, в руках сигарету. Рождение сыновей и те первые моменты, когда я прижимал их к себе; первый выстрел из огнестрельного оружия; вкус крови в первой драке с пацанами с соседней улицы; поцелуй любимой снежным декабрьским вечером и снежинки на её ресницах.
Тюрьма не стала исключением.
Забылись многие дни, проведенные в неволе.
А вот первые намертво запечатались в память.
Когда за мной захлопнулись тормоза транзитной хаты, я с облегчением оглянулся и выдохнул.
За общаком сидели два молодых арестанта, которые с интересом меня разглядывали.
В «хате» было пять двухъярусных нар (четыре справа и одна в дальнем левом углу хаты). Эти две угловые «нары» называются «вокзалом», «общак» с «голубятней», два «слоника». «Общак» примыкал к дальней стене, на которой висел «кондей» для посуды и продуктов.
Слева в стену была вмонтирована «светланка» с краном. Под «светланкой» стояла «чушкарка». За «светланкой» возвышалась «скала», скрывавшая за собой «дючку».
Стены «хаты» на две трети и вся металлическая мебель были покрашены масляной краской тёмно-зелёного цвета.
Вся мебель была вмонтирована в пол и стены.
«Хата» освещалась слабой лампочкой, которая висела над «тормозами» и была закрыта «черепахой».
Немного света пробивалось через «решку».
Все было старое и обшарпанное.
Я поздоровался и поинтересовался, где можно положить свои «скатку» и вещи, состоящие из полотенца (которое мне любезно оставили сотрудники СБУ, предварительно обобрав меня до нитки), медальона (выданного моим родителям в Макеевке в память о моем рождении) и фотографии жены.
Мне предложили на выбор несколько «нар» и я выбрал место у «решки» в «танчике».
Ребята предложили мне выпить «чифиря» и перекусить.
Это было кстати. Три дня до этого я ничего не ел.
Подошел к «светланке», помыл руки и сел за «общак».
Познакомился с ребятами. Их звали Макс и Антон. Сели за кражи.
Выпил немного «чифиря» и немного поел.
Тут меня познакомили с первой тюремной традицией.
Я получил первый урок.
Ребята были тоже первоходы, но уже немного ориентировались и рассказали, что надо проявлять интерес к тюремной жизни.
Подчеркнули несколько раз — именно интересоваться, а не спрашивать.
Матом лучше не ругаться, больше слушать и наблюдать за происходящим вокруг.
Плавно в разговоре перешли на «слободские» темы.
Они рассказали о своих уголовных делах, о жизни на свободе. За разговорами время прошло быстро, и наступил вечер.
Мне хотелось спать.
Ночью спал как убитый.
На следующий день к нам кинули еще одного арестанта.
Сразу было видно — бывалый. «Навес» Чечен. За плечами двенадцать лет лагерей. Невысокий, жилистый.
За «чифирем» он дал пару хороших мастер-классов.
Еще раз напомнил о том, что матом лучше не ругаться.
Рассказал о том, что многие выражения, в которых используются матерные слова, имеют свои трактовки. И, если использовать их как попало, можно нарваться на неприятности и ответить за слова. Объяснял нам эти тонкости.
Я подумал: «Как не хватает этого иногда в обычной жизни».
Чечен рассказал, что лучше избегать фраз, которые могут трактоваться двусмысленно. Стараться больше слушать и перед тем, как о чём-то говорить, надо освоить тюремный лексикон и тщательно подбирать слова, чтобы не оскорбить собеседника.
Даже в приветствии есть скрытые смыслы, жесты… Например. Когда говоришь: «Привет, пацаны!» — ты обращаешься к «блатным». Говоришь: «Привет, мужики!» — обращаешься к основной массе тюрем и лагерей, мужикам и порядочным арестантам.
Руку подавать можно далеко не всем. Когда заходишь в хату и не знаешь, кто в ней сидит, лучше поздороваться нейтрально: «Доброго дня! Мир вашей хате! Меня зовут…» — или: «Привет всем честным людям!». И после приветствия принести извинение и поинтересоваться порядочная хата или непорядочная. Но это лучше выяснять на транзите или у дежурного, который ведёт тебя в «хату».
Он рассказал, что в тюрьме среди старых сидельцев-строгачей много зубастых акул, которые могут прихватить за слова, чтобы вас потом постричь. В разговорах эти акулы часто используют разные словесно-смысловые приемы: переходят на личности (проверяя арестанта на прочность); подменяют понятия, выдергивают слова из контекста; используют разные и выгодные для себя обобщения, но чаще всего стараются на первом этапе общения и знакомства расположить к себе.
Новичкам могут что-то еще простить в СИЗО, но в лагерях бывают случаи, в которых за неправильные слова, произнесенные не вовремя людей убивали.
Но чаще всего за слова прихватывают и наказывают материально или физически.
Смотреть на то, как они цепляют за слова, когда с ними «базаришь». Как и что они говорят в различных ситуациях.
За три дня общения мы затрагивали много тем.
Об этом я расскажу в следующих постах.
Из общения с Чеченом сделал вывод — науку правильно разговаривать надо сразу осваивать, сразу и наблюдать за бывалыми арестантами.

В этом посте я намеренно начал использоать слова из тюремного жаргона. Чтобы вы понимали отличие от привычной для нас разговорной речи.
В конце поста буду стараться давать маленький глоссарий с новыми для вас терминами:

«тормоза» — дверь камеры и все, что препятствует перемещению людей;
«хата» — камера;
«общак» — стол;
«голубятня» — полка в столе, на которой размещается посуда арестантов;
«слоник» — лавка возле стола;
«кондей» — металлическая полка из нескольких отсеков, прикрепленная к стене;
«нары (шконка)» — кровать арестанта;
«танчик» — нижняя нара (кровать);
«пальма» — верхняя нара (кровать);
«черепаха» — проволочный защитный плафон на лампочку;
«чифирь» — ОЧЕНЬ крепкий чай;
«светланка (лебедь)» — раковина;
«дючка» — туалет;
«скала» — перегородка, отделяющая дючку (туалет) от хаты (камеры);
«чушкарка» — мусорное ведро;
«базарить» — говорить, общаться;
«скатка» — спальные принадлежности (матрац, простыня, наволочка);
«строгач» — арестант, который был осужден два и более раза;
«слободское» — все, что связно со свободой (пища, события за забором и т.п.);
«навес» — кличка, тюремное имя;
«первоход» — осуждённый первый раз;
«решка» — окно тюремной камеры с решётками.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

 

Присоединяйтесь к сайту «КУЛИКОВЕЦ» в  Telegram (инсайд, новости не выходившие на сайте), ОдноклассникахFacebookВКонтактеTwitter, и Вы всегда будете в курсе последних новостей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

12 − два =