Дмитрий Верхотуров.Россия против НАТО.И на вражьей земле мы врага разгромим… | Куликовец

Дмитрий Верхотуров.Россия против НАТО.И на вражьей земле мы врага разгромим…

Наступление на Прибалтику

Все же это будет стереотипное представление, что в случае угрозы
со стороны НАТО действия России будут сугубо оборонительными,
состоящими в пассивном ожидании удара, с последующим
отступлением на удобные для обороны рубежи. Этот стереотип в
значительной степени появился под влиянием истории Великой
Отечественной войны, которая началась именно таким образом, и
вокруг которой до сих пор идут запальчивые споры. В этой длинной
дискуссии не раз уже замечалось, что обороне придается слишком
большое значение, вплоть до превознесения. Нетрудно убедиться в
том, что практически вся литература по истории Великой
Отечественной войны, практически все художественные произведения
и фильмы, делают акцент на обороне, упорной и героической.
Но после всех реверансов в пользу этого широко
распространенного представления, повлиявших в том числе и на эту
книгу, все же нужно отметить: все победы в войнах XX века были
добыты наступлением. В Великой Отечественной войне это видно
самым наглядным образом. Немецкая армия и армии ее союзников
были разбиты в ходе «десяти сталинских ударов» — череде
крупномасштабных наступлений, в которых участвовали целые
фронты, осуществленных в 1944 году. Перечислим их:
Первый удар — Ленинградско-Новгородская операция в январе
1944 года, разгром группы армий «Север» и деблокирование
Ленинграда.
Второй удар — Днепровско-Карпатская операция в феврале-марте
1944 года, разгром групп армий «Юг» и «А», освобождение
Правобережной Украины.
Третий удар — Одесская и Крымская операции в марте — мае
1944 года, освобождение Одессы и Крыма.
Четвертый удар — Выборгско-Петрозаводская операция в июне-
июле 1944 года, разгром и выход из войны Финляндии.
Пятый удар — Белорусская операция в июне-июле 1944 года,
разгром группы армий «Центр» и рассечение группы армий «Север»
в Прибалтике, освобождение Белоруссии и части союзной Польши.Шестой удар — Львовско-Сандомирская операция в июле-августе
1944 года, освобождение Западной Украины.
Седьмой удар — Ясско-Кишиневская операция в августе-сентябре
1944 года, разгром румынской армии, выход из войны Румынии и
Болгарии, освобождение Молдавии.
Восьмой удар — Прибалтийская операция в сентябре-октябре 1944
года, освобождение Прибалтики.
Девятый удар — Восточно-Карпатская операция в октябре-декабре
1944 года, разгром групп армий «Юг» и «F», освобождение
Закарпатской Украины.
Десятый удар — Петсамо-Киркинесская операция в октябре 1944
года, освобождение северной части союзной Норвегии.
Как видим, наступательные удары сыпались на немецкие войска
почти непрерывно в течение всего года, в ходе этих наступлений было
разгромлено 136 немецких дивизий, из них 70 попали в котел и были
уничтожены. Эти наступления вынудили немецкие войска оставить
огромные территории в Восточной Европе, и они привели к
окончательному развалу германского военного блока. Война
увенчалась еще рядом крупных наступательных операций в 1945 году
в Германии, Чехии, Венгрии и Австрии, от которых Германия
потерпела окончательное военное поражение.
Можно еще привести немало подобных примеров из военной
истории. Например, победоносный исход Гражданской войны связан с
крупными наступательными операциями на огромную глубину. Стоит
упомянуть наступление красной 5-й армии против Колчака, которая в
июле 1919 — январе 1920 года наступала от Бугуруслана, Златоуста и
Челябинска до Иркутска, через всю Сибирь. Хотя после сражений под
Омском и Новониколаевском наступление уже больше походило на
преследование, тем не менее, ничего подобного какая-либо другая
армия не совершала.
Победа над японской армией на Халхин-Голе в августе-сентябре
1939 года, после которой Япония воздержалась от нападения на СССР,
также была добыта наступлением с последующим окружением и
уничтожением японских войск. Поражение Японии в войне в
сентябре 1945 года также было связано с исключительно быстрым,
сокрушительным и неотразимым наступлением советской армии в
Маньчжурии и Корее.Есть и зарубежный военный опыт. Германия сломила Польшу,
Францию, Бельгию и Голландию наступательными операциями до
полного разгрома и капитуляции. Череда поражений Красной Армии
в 1941 и 1942 году также была связана с немецкими наступлениями.
Японская армия разбила крупные британские войска в Малайе и
Сингапуре наступлением через труднопроходимые малайские
джунгли. Китайские коммунисты победили Гоминьдан во время
гражданской войны в Китае в 1948–1950 годах серией крупных
наступлений, чем заставили гоминьдановские войска частью
капитулировать, а частью отступить на Тайвань. В 1951 году
Корейская война претерпела решающий перелом наступлением
китайских добровольцев под командованием маршала Пэн Дэхуая.
Наконец, во время Вьетнамской войны северовьетнамские войска
добились победы над американскими, южновьетнамскими и
камбоджийскими войсками чередой наступлений, завершившихся
взятием Сайгона.
Примеров того, как наступления приносили победу, более чем
достаточно. Немногочисленные же примеры, когда обе стороны
оказывались не в силах наступать, например, во время Корейской
войны в 1952–1953 годах, наглядно показывают, что сама по себе
оборона, даже прочная, упорная и героическая, не в состоянии
достичь целей войны. Корейская война окончилась перемирием и
установлением демилитаризованной зоны вдоль былого фронта вдоль
38-й параллели.
Итак, опыт военной истории учит — победу приносит только
наступление.
Теперь можно задать вопрос: почему это в вероятной войне
России и НАТО, Россия должна отказываться от наступления, что
фактически означает отказ от победы в войне? Это явная ошибка,
особенно с чисто военной точки зрения.
В отличие от Первой и Второй мировых войн, в которых Россия
перед началом войны серьезно уступала противнику в развертывании,
главным образом по причине явно недостаточного развития железных
дорог в западных приграничных районах (в 1914 году суточная
пропускная способность на германских железных дорогах,
прилегающих к границе с Россией, в 1,8 раз превышала таковую у
русских, а в 1941 году немцы имели железные дороги в 2,3 разабольшей

пропускной способности, чем советские), теперь такого
преимущества у НАТО нет.
В Прибалтике еще в советские годы была создана довольно
развитая транспортная система, включающая в себя морские порты,
железные и автомобильные дороги. Например, через Латвию в 2014
году было перевезено 46,3 млн. тонн угля и нефтепродуктов —
основных экспортных грузов, в том числе 32,56 млн. тонн по
железной дороге. Еще около 12 млн. тонн транзитных грузов
проследовало через Латвию из Беларуси. Не менее крупный
грузопоток шел через Эстонию, в 2005 году объем транзитных грузов
на железных дорогах Эстонии составил 44,3 млн. тонн. И еще около
11 млн. тонн шло в железнодорожном сообщении между Литвой и
Беларусью. Как видим, только по железным дорогам объем
транзитных грузов через страны Прибалтики достигал в лучшие
времена около 100 млн. тонн.
Железные дороги в западных регионах России, в Беларуси и
Прибалтике, а также и на Украине, имеют общую колею 1520 мм,
построены и эксплуатируются по почти одинаковым нормативам. Их
пропускной способности в случае войны более чем достаточно для
развертывания и снабжения весьма крупной группировки войск. Для
обслуживания железных дорог и восстановительных работ в составе
российской армии есть специальные железнодорожные бригады.
Автомобильный транспорт и автомобильные дороги также весьма
развиты. К примеру, грузооборот автотранспорта в одной Псковской
области, приграничной со странами Прибалтики, в 2008 году
составлял 1687,5 млн ткм, а объем грузов — 5,9 млн. тонн.
Пропускная способность погранпереходов на границе Латвии в 2007
году составляла до 800 грузовых автомобилей в сутки, с
возможностью доведения до 1000 грузовых автомобилей в сутки.
Пропускная способность трех автомобильных погранпереходов на
границе с Эстонией раньше достигала 1650 автомобилей в сутки, а
после реконструкции погранперехода «Нарва-1» в 2015 году его
пропускная способность достигла 3,6 тысяч легковых и 400 грузовых
автомобилей в сутки.
Так что серьезных транспортных проблем в развертывании и
обеспечении боевых действий крупной российской наступательной
группировки в Прибалтике не предвидится. Существующая

транспортная система,

при условии освобождения ее во время войны от гражданского грузопотока, свободно

может пропустить
наступающую группировку численностью 300–400 тысяч человек,
вместе с бронетехникой и автотранспортом.
Второй момент состоит в очень высокой по сравнению с войсками
НАТО боеготовностью российских войск, теперь регулярно
отрабатываемой в ходе внезапных проверок боеготовности. Как мы
уже видели, российская армия реально отрабатывала переброску
войск общей численностью в 100 тысяч человек с техникой и
вооружением на значительные расстояния. Даже в 2008 году во время
войны в Грузии, еще до начала проверок боеготовности, части 58-й
армии показали удивительную боеготовность и мобильность, сумев
проделать марш на расстояние 300 км по горному серпантину и с
проходом через Рокский тоннель всего за 11 часов. В Прибалтике нет
сложных для прохода войсковых колонн горных серпантинов и
тоннелей, так что при подобной мобильности российские войска
могут достичь Таллинна, Риги и Клайпеды из районов Усть-Луги,
Пскова, Великих Лук, Полоцка и Минска примерно за 15–20 часов.
Глубина прорыва в Прибалтике нигде не превышает 450 км.
С учетом опыта внезапных проверок боеготовности, можно
сказать, что российская армия может в течение 2–3 суток
сосредоточить в западных областях России и в Беларуси крупную
наступательную группировку, а дальше, одновременно с авиационным
и ракетным ударом, может в течение суток осуществить прорыв к
Балтийскому морю, рассечь войска НАТО в Прибалтике на несколько
отдельных группировок, во взаимодействии с воздушными и
морскими десантами захватить основные порты и аэродромы на ТВД.
После этого в течение еще 2–3 суток осуществляется полное
окружение и разгром частей НАТО.
В Прибалтике нет удобных оборонительных рубежей, и защищать
ее можно только крупными силами. Скажем, во время сражения за
Прибалтику в сентябре-октябре 1944 года, немецкие силы составляли
более 700 тысяч человек, 1200 танков и САУ, 7000 орудий и
минометов. Многочисленные войска позволяли создать сплошной
оборонительный фронт и линию «Сигулда». Советские фронты:
Ленинградский, 1-й, 2-й и 3-й Прибалтийские и 3-й Белорусский
имели в сумме 900 тысяч человек, 3080 танков и САУ, 17,5 тысячорудий и минометов,

2640 самолетов. Хотя оборону по линии
«Сигулда» сразу прорвать не удалось, тем не менее, за месяц
оперативная группа немецких войск «Нарва» была разгромлена и
блокирована на Курляндском полуострове, где оборонялась до 23 мая
1945 года.
Разумеется, что сегодня собрать группировку войск в 700 тысяч
человек в одной Прибалтике для НАТО — это несбыточная мечта, а
малыми силами сколько-нибудь надежную оборону в Прибалтике
создать не получится. Имея 17–20 тысяч войск к началу
развертывания, НАТО не сможет обороняться. Достаточно будет
перебросить около 60 тысяч человек, а сил в Западном военном округе
для этого достаточно, не прибегая к усилению за счет частей из
других военных округов, чтобы при классическом соотношении сил
для наступления 1:3, разгромить войска НАТО в Прибалтике, невзирая
ни на какие их попытки обороняться. Даже если НАТО сумеет собрать
около 60 тысяч человек, как и говорилось в первой главе, то
российская армия может собрать превосходящую ее группировку в
100–120 тысяч человек из сил Западного и Центрального военных
округов и также добиться успеха в наступательной операции.
Быстрота действий, захват аэродромов десантами, дерзкий натиск
механизированных бригад в случае численного превосходства
российских войск не оставляют НАТО особых шансов.
Аналогичные результаты показали военные игры, проведенные в
2014–2015 годах в американской RAND Corporation. По их
результатам выходило, что российские войска могут достичь
Таллинна или Риги всего за 60 часов. При этом в военных играх
эксперты исходили, что Россия может выдвинуть 22 батальона или
около 22 тысяч человек против 17 батальонов войск НАТО или 17
тысяч человек, 27 авиаэкскадрилий против 18 эскадрилий НАТО, и в
этом случае у НАТО есть либо возможность провести «кровавое
контрнаступление», либо же просто уступить российским войскам
всю Прибалтику, с трудно предсказуемыми политическими
последствиями для НАТО.
Этот пессимизм американских экспертов уже сам по себе
показателен, но на мой взгляд, все же на главном ТВД российская
армия соберет гораздо больше сил, чем 22 батальона, и будет
действовать гораздо быстрее.Если это обстоятельство примерить на

изложенный в первой главе
гипотетический план НАТО «Возрождение свободы», то надо
отметить, что российская армия вряд ли будет дожидаться, пока это в
Прибалтике развернется и перейдет к боевым действиям вся ударная
группировка НАТО. Уже само по себе резкое наращивание сил НАТО в
этом регионе может быть, в соответствии с Военной доктриной
России, объявлено серьезной угрозой и стать поводом для
превентивного удара на разгром этой группировки и полного срыва
вторжения войск НАТО в Россию. Потеря Прибалтики — это
серьезный удар по любым планам НАТО войны против России, ибо
тем самым утрачивается наиболее удобный плацдарм для наступления
на Москву.

Украинская операция
Совершенно аналогичным образом дело обстоит и на Украине.
Северная часть Украины, район Чернигова — Конотопа, весьма
удобный исходный район для наступления крупной группировки
НАТО на Москву с юга, которая выше именовалась «южной». В этом
наступлении силам НАТО может также помочь армия Украины.
Однако, у этого удобства есть и крепкие недостатки. Их сразу
несколько. Во-первых, хотя этот степной регион, обладающий хорошо
развитой сетью железных и автомобильных дорог, весьма
благоприятен для наступления механизированных группировок, в том
числе в излюбленном для американцев стиле кавалерийского наскока,
тем не менее, эти же условия благоприятны и для российских
танковых и мотострелковых бригад.
Украина обладает очень хорошими автомобильными и железными
дорогами с приличной пропускной способностью. Не всякий
российский регион даже в Европейской части России имеет нечто
подобное. Достаточно сказать, что железные дороги Украины в 2006
году, в лучшие, чем сейчас времена, перевозили 478,7 млн. тонн
грузов. Даже сейчас, после сокращения грузоперевозок, тем не менее,
их объем значителен. На интересующий нас ТВД приходилось около
42 млн. тонн на Юго-Западную дорогу (Киев-Чернигов), около 35 млн.
тонн на Южную дорогу (Харьков) и около 60 млн. тонн на Донецкую
дорогу. Итого, 137 млн. тонн. Правда, из-за боевых действий Донецкая
железная дорога фактически не функционирует и теперь оценить ее
пропускную способность весьма трудно. С учетом ныне свободной
пропускной способности Южной и Юго-Западной дорог, а также
остатков Донецкой дороги, пропускную способность украинских
железных дорог на ТВД можно оценить примерно в 100–110 млн.
тонн в год.
Автомобильный транспорт Украины перевозил до 160 млн. тонн
грузов в год. Все Левобережье Днепра, то есть часть Украины
восточнее Днепра, пронизана довольно густой сетью дорог,
сходящихся в крупный узел в Киеве, где сходятся автомагистрали М-1,
М-2 и М-3 (последняя идет по всему левому берегу Днепра отХарькова,

через Полтаву на Киев). Между Россией и Украиной
имеется 27 автомобильных пограничных пропускных пунктов, из
которых под контролем украинской пограничной службы осталось 20
погранпереходов, тогда как остальные семь находятся на территории
Донецкой и Луганской области. Даже если каждый из них пропускает
порядка 200 грузовых автомобилей в сутки, то суточная пропускная
способность всех 20 пунктов достигает 4000 автомобилей. Но, скорее
всего, она больше, поскольку некоторые погранпереходы проходили
реконструкцию и расширение до событий 2014 года.
Итак, транспортные условия на Украине заметно лучше, чем в
Прибалтике, особенно по части автотранспорта. Помимо этого, стоит
сказать, что почти все левобережье Днепра — это степное
пространство, весьма удобное в летнее время года для движения
бронетехники и автотранспорта. Особых проблем в развертывании и
обеспечении наступления крупной танковой или механизированной
группировки тут также возникать не будет.
Во-вторых, удобство Черниговской и западной части Сумской
области для развертывания наступательной группировки НАТО имеет
тот недостаток, что она может подвергнуться фланговым ударам, от
Гомеля на Чернигов и Киев, от Курска на Сумы и далее в направлении
Канева, от Белгорода на Харьков, Полтаву и на Кременчуг. Российское
командование может выбрать подходящий вариант, сообразно силам
противника и стоящим задачам.
В-третьих, левобережье Днепра для боевых действий войск НАТО
имеет тот радикальный недостаток, что вдоль всего Днепра построена
цепь водохранилищ, с севера на юго-восток: Киевское, Каневское,
Кременчугское, Днепродзержинское. Водохранилища широкие и до
крайности неудобны для переправы. Количество же мостов через
Днепр можно пересчитать по пальцам. Итого, автомобильных мостов
десять: один в Вышгороде, четыре в Киеве, один в Каневе, один в
Черкассах, один в Светловодске, один в Кременчуге, один в
Днепродзержинске. Железнодорожных мостов четыре: два в Киеве,
один в Кременчуге и один в Днепродзержинске. Всего 14 мостов на
450 км протяженности Днепра.
Второй и третий недостатки диспозиции «южной» группировки
НАТО с очевидностью взаимосвязаны между собой. Если провести
несколько глубоких «уколов» силами механизированных группировок

на глубину около 300 км в направлении важнейших переправ через
Днепр, и во взаимодействии с десантом захватить их, то все силы
НАТО и украинской армии на левом берегу Днепра будут отрезаны от
помощи и окружены. Это будет полное их поражение.
Помимо серии ударов с северного направления к Днепру возможен
также отсекающий удар от Донецка на Днепропетровск, Кременчуг,
Черкассы и Киев, по левому берегу Днепра, который выполняет ту же
самую функцию захвата мостов. Он сложнее тем, что перед этим
придется разгромить довольно крупную группировку ВСУ в районе
Донецка и Луганска, а также более длинным маршрутом
протяженностью около 600 км. Потому это направление можно
рассматривать как вспомогательное.
В общем и целом, командованию НАТО в планировании рывка
«южной» группировки к Москве нужно помнить о возможности
фланговых ударов и о том, что можно потерять жизненно важные
переправы через Днепр и оказаться отрезанными от снабжения. По
большому счету, «южная» группировка не может наступать на
Москву, не ликвидировав предварительно угрозы этих фланговых
ударов. Угроза же серьезная. В районе Воронежа находятся части 20-й
армии, из Центрального военного округа может быть подтянута 2-я
армия из района Самары, а также может быть переброшена в Донецк
или, по крайней мере в Ростов-на-Дону, 49-я армия из района
Ставрополя, а также некоторые части 58-й армии из района
Владикавказа. Силы этих четырех армий, равно как и остальные
бригады Западного и Южного военных округов, позволяют в очень
короткий срок собрать и развернуть довольно крупную
наступательную группировку численностью порядка 100 тысяч
человек, которая будет иметь тройное превосходство над «южной»
группировкой НАТО.
Скажем также немного и о весьма вероятном союзнике НАТО —
армии Украины. К настоящему моменту она составляет около 280
тысяч человек (в 1991 году в рядах только что созданной украинской
армии было 700 тысяч человек), из них в боевых действиях против
ЛНР и ДНР было задействовано по официальным данным 73 тысячи
человек. В сухопутных войсках по состоянию на 2013 год было 686
танков, 2065 единиц другой бронетехники, 716 орудий и РСЗО, 72
боевых вертолета, 207 самолетов. В 2015 году для ВСУ было

отремонтировано и расконсервировано 316 танков, 251 БТР и БМП,
220 орудий, 9 самолетов и 9 вертолетов.
По более свежим данным, ВСУ против ЛНР и ДНР держит 73
тысячи человек, 360 танков, 1400 бронемашин, 230 РСЗО, 800 орудий
и минометов, 30 вертолетов и 40 самолетов. Таким образом, на
востоке Украины развернута примерно треть украинской армии.
Исходя из этого можно предположить, что ВСУ могут развернуть в
помощь «южной» группировке НАТО еще около 50–60 тысяч человек
и около 200 танков. Несмотря на воинственные заявления ряда
украинских политиков по поводу боеспособности своей армии, по
всей видимости, это потолок возможностей ВСУ, в этом случае против
ДНР и ЛНР, а также в поддержку сил НАТО будет использованы все
имеющиеся сухопутные войска.
Союзники на ТВД есть и у России. Это вооруженные силы ДНР и
ЛНР, общей численностью до 35 тысяч человек (таковы
опубликованные данные по состоянию на август 2015 года),
сведенные в 1-й и 2-й армейские корпуса.
Таким образом, соотношение сил можно определить примерно
следующим образом. У России — около 100 тысяч человек, и 30–35
тысяч человек у ДНР и ЛНР, то есть до 135 тысяч человек. У НАТО
«южная» группировка определялась в первой главе в 32 тысячи
человек и примерно 120–130 тысяч человек ВСУ, из которых около 70
тысяч человек против ДНР и ЛНР. Общее соотношение сил в таком
виде составляет 1:1,2 в пользу НАТО и ВСУ. При этом у российской
армии еще остаются незадействованные резервы. Так может
сложиться ситуация на севере и востоке Украины.
Есть еще южный ТВД, в районе побережья Черного моря и Крыма.
Для всех сил НАТО на Украине порт Одесса обладает наибольшим
значением как главный порт для развертывания и снабжения войск,
как действующих на севере Украины, так и в районе Крыма.

Политически НАТО не может обойти вопрос Крыма, поскольку это
главный политический фактор втягивания Украины в войну на
стороне НАТО. Командование НАТО должно пообещать украинскому
правительству возврат Крыма, из чего вытекает, что операция по
захвату Крыма обязательно должна войти в план войны.
Вероятнее всего задача захвата Крыма будет возложена на
турецкую армию, которая должна будет развернуть объединенный

армейской корпус, так же, как и все остальные корпуса НАТО,
состоящий из частей и подразделений из других армий стран НАТО.
Какие силы армии и флота выделит Турция — точно сказать трудно, в
свете того, что часть войск Турция должна будет держать на юго-
востоке страны на границе с Сирией и Ираком. Думается, что весьма
вероятно развертывание наземных сил до 50–60 тысяч человек, около
200–250 танков, 150 самолетов. Турецкий флот имеет до 20 подводных
лодок, 22 фрегата, 27 ракетных катеров. Значительная часть этих
военно-морских сил будет действовать на Черном море.
В свете того, что силы Южного военного округа явно будут
задействованы на востоке Украины, то для обороны Крыма остаются,
главным образом, силы Черноморского флота (ракетный крейсер,
большой противолодочный корабль, три сторожевых корабля, пять
малых противолодочных кораблей, шесть малых ракетных кораблей,
шесть ракетных катеров, четыре подводные лодки), морская пехота, а
также часть авиации и ПВО округа.
Потому задача обороны Крыма, а также задача блокирования
Одессы как порта снабжения войск НАТО будет весьма трудной и
напряженной, в особенности в том, что касается морских операций. В
этом у сил Южного военного округа есть только один козырь —
превосходство в вертолетах (более 100 боевых вертолетов) и в ПВО.
Есть еще суда Каспийской флотилии, оснащенные ракетным
комплексом «Калибр», которые могут наносить удары почти по всей
акватории Черного моря, за исключением западного района,
прилегающего к Констанце, Варне и Стамбулу. Впрочем, корабли
Каспийской флотилии по Волго-Донскому каналу можно передвинуть
ближе, в акваторию Цимлянского водохранилища или даже Азовского
моря, и тогда крылатые ракеты смогут достичь любой точки на
Черном море и поражать все черноморские порты Румынии, Болгарии
и Турции.
Наземные силы также можно несколько уравнять переброской в
Крым или на Тамань частей 58-й армии и отдельных бригад
окружного подчинения, оставив в тыловых районах Южного военного
округа части Внутренних войск МВД, которые на Северном Кавказе
весьма хорошо оснащены бронетехникой (около 700 БТР и БМП), и
даже есть артполк, вооруженный 122-мм гаубицами Д-30. Помимо
них в распоряжении округа есть также 16 тысяч человек на военныхбазах

в Абхазии,

Южной Осетии и в Армении. Усилить наземные
силы в Крыму можно также за счет союзника по ОДКБ — Армении,
имеющей армию численностью 48,5 тысяч человек, 102 танка, 15
Су-25 и 11 Ми-24. Какие силы согласится выделить Армения —
вопрос дискуссионный, но можно принять в расчет возможности
переброски в Крым или на Тамань 5–8 тысяч человек армянской
армии. Но и в этом случае превосходство в наземных войсках будет на
стороне НАТО с наличием резерва в армиях Турции, Румынии и
Болгарии.
Острая напряженность на Черном море может возникнуть задолго
до даты начала операции НАТО против России, поскольку части
«южной» группировки НАТО и силы турецкого армейского корпуса
надо еще перебросить в Одессу морем, обеспечить их развертывание и
приведение в боеготовность. Для этого надо, как минимум,
нейтрализовать Черноморский флот, не вступая при этом, впрочем, в
боевые действия. Скорее всего, это будут многочисленные учения,
демонстрация сил, маневры и передвижения войск и кораблей флотов
стран НАТО.
Помимо Одессы у НАТО остается также сухопутный маршрут для
развертывания «южной» группировки на севере Украины. Боевая
техника, грузы и личный состав могут быть доставлены железной
дорогой или автотранспортом из Польши через Западную Украину.
Этот способ более долгий (он предусматривает переброску войск
морем в порты Польши на Балтике, а затем длинный маршрут
перевозки их через всю Польшу и Западную Украину — более 1200 км
против 600 км из Одессы), но более безопасный и не связан при этом
с рискованными демонстративными действиями на Черном море. Но
все же, в целях ускорения развертывания войск НАТО, переброска их в
Одессу смотрится более предпочтительной. После того, как
группировки будут развернуты, последует воздушное наступление и
переход к наземной операции.
Здесь возникает тот же вопрос: зачем дожидаться этого момента,
когда можно ударить раньше, с целью срыва всей операции? В
отличие от Прибалтики, где разница между разгромом
развернувшейся «западной» группировки войск НАТО и не до конца
развернувшейся, или даже в начальной стадии развертывания, в
сущности, не столь велика, на Украине этот вопрос приобретаетгораздо

большее значение из-за Крыма и некоторых сложностей в его
обороне против готового к наступлению противника. Даже в случае
успешных действий российских войск на севере и на востоке
Украины, в Крыму вполне может создаться критическое положение.
Крым, как показал опыт Гражданской и Великой Отечественной
войны, есть место, весьма неудобное для обороны, особенно против
противника, имеющего превосходство в наземных силах и авиации.
Уязвимое место Крыма — это его северная часть, прилегающая к
Сивашу и Перекопскому перешейку, через который идет
автомобильная и железная дорога. Это равнинный, степной район,
совершенно лишенный удобных оборонительных позиций. Много
войск там не разместить по причине крайней нехватки воды. Потому
все завоеватели Крыма брали его с севера, не была исключением в
этом отношении немецкая армия, осадившая Севастополь уже с 12
сентября 1941 года. Красная армия в 1920 году и Красная Армия в
1944 году, которая взяла Крым еще быстрее немецкой армии, чуть
более чем за месяц, также осуществляла свои наступательные
операции с севера, через перешейки.
Превосходство противника в численности войск, а в особенности в
авиации и во флоте делает оборону Крыма практически безнадежной.
Немцы столь долго провозились со штурмом Севастополя, 250 дней,
не с последнюю очередь потому, что у них не было на Черном море
крупных военно-морских сил, которые могли бы блокировать Крым и
Севастополь с моря. Во время освобождения Крыма в 1944 году
Черноморский флот нанес противнику очень серьезный урон ударами
по транспортам и баржам, осуществлявшим связь гарнизона
Севастополя с портами Одесса и Констанца.
В рассматриваемом гипотетическом захвате Крыма войсками
НАТО, у них определенно будет превосходство во флоте. Помимо
турецких кораблей флот может быть усилен кораблями военно-
морского флота Румынии: четыре фрегата, четыре корвета, шесть
ракетных катеров, одна подводная лодка; кораблями военно-морского
флота Болгарии: четыре фрегата, два корвета, три ракетных катера;
также могут быть привлечены корабли ВМФ США, Италии, Греции,
Испании, Франции. Будет также превосходство в авиации и в
наземных силах. Это создает неблагоприятную ситуацию для обороны
Крыма, которая может быть существенно улучшена толькоупреждающим ударом,

главным образом ракетным и авиационным.
Основные цели для этого удара: военно-морские базы Турции,
Болгарии и Румынии, район пролива Босфор, который должен быть
заблокирован для прохода военных кораблей и транспортов
противника, крупные авиабазы. Здесь решительное воздушное
наступление прямо и непосредственно служит и задаче обороны
Крыма, и перелома хода войны на этом ТВД в свою пользу.
Судя по сообщению Министерства обороны Украины, заявившего
в апреле 2016 года, что Черноморский флот и ВКС России
отрабатывали такие удары по району Босфора, подготовка к подобной
операции в самом деле проводится. Ничего удивительного в этом нет,
поскольку это единственный вариант, позволяющий не допустить
крайне негативного варианта развития событий и возможной потери
Крыма, что будет иметь для России большие и неприятные
политические последствия.
Итак, действия российской армии, Черноморского флота и
Каспийской флотилии на Украине можно представить примерно
следующим образом. Удар наносится на той стадии, пока
развертывание группировок войск НАТО на Украине еще не будет
завершено. При этом, возможно, что уже какие-то части и
подразделения НАТО уже будут находиться на территории Украины,
переброшенные в порядке своего рода инфильтрации, под предлогом
помощи украинской армии, под видом военных советников или еще
под какими-то другими предлогами.
Удар этот решительный, всей наличной мощью и на всю глубину.
Первая цель его состоит в том, чтобы потопить или серьезно
повредить основные корабли военно-морских флотов Турции,
Болгарии и Румынии. В его ходе должно быть уничтожено, как
минимум, половина турецкого, и 2/3 болгарского и румынского
флотов. Одновременно наносятся ракетные и авиационные удары по
авиабазам.
Вторая цель состоит в том, чтобы нанести серьезный ущерб
портам, с тем, чтобы не допустить или затруднить их использовании

для высадки войск и выгрузки военных грузов. Эта задача в
отношении украинских портов Одесса, Николаев и Херсон может
быть выполнена боевыми вертолетами, если они будут действовать из
Крыма, а в отношении румынского порта Констанца, болгарскихпортов Варна

и Бургас, турецких портов в районе Стамбула это может
быть выполнено авиацией и кораблями Черноморского флота. В
благоприятной ситуации может быть осуществлен десант морской
пехоты. Порты должны быть выведены из строя, для чего достаточно
будет уничтожить портовые краны, разрушить терминалы и
подъездные пути к ним. Это на какое-то время, весьма
продолжительное, сделает невозможными или трудноосуществимыми
разгрузочные операции. Это даст российским войскам определенную
фору по времени для развития наступления на Украине, а также
заставит командование НАТО перебрасывать войска по сухопутному
маршруту из Польши через Западную Украину. Это потребует
времени, военные колонны на автодорогах и воинские эшелоны на
железных дорогах (не будем также забывать о том, что грузы и
технику придется перегружать из вагонов с европейской колеей в
вагоны с советской колеей на границе Польши и Украины, а такие
станции смены колеи имеют сильные ограничения пропускной
способности) будут уязвимы для ударов авиации. Помимо этого,
Балтийской флот может также ракетным ударом или десантом
морской пехоты вывести из строя самый ближний к ТВД польский
порт Гданьск, который находится вблизи военно-морской базы
Балтийск.
Одновременно с этим проводится воздушное наступление против
украинской армии на севере и востоке Украины, формируются
ударные группировки, которые переходят в наступление на
левобережье Днепра с целью разгрома в этой части Украины войск
ВСУ и захвата мостов через Днепр. Первым делом разгром наиболее
боеспособной части ВСУ на востоке Украины. Для этого выполняется
два крупных сходящихся удара. С севера от Белгорода на Харьков и
далее на Днепропетровск, а с юга — от Таганрога на Мариуполь и
далее на Запорожье, с соединением сил у Днепропетровска. Из ДНР и
ЛНР выполняются фронтальные удары, по возможности, рассекающие
группировку ВСУ в зоне АТО на части, с последующем окружением и
уничтожением. На этом ТВД наступление ведется по всем правилам
наступления крупных танковых и механизированных соединений.
В направлении Киева удары будут иметь цель быстрого захвата
мостов через Днепр, охвата Киева, для чего надо как минимум
захватить мосты в районе Вышгорода и Канева и взятия столицыУкраины.

На этом ТВД операция будет явно делать ставку на маневр и
обход узлов сопротивления, если таковые будут, с целью захвата
инициативы.
Как показал опыт войны против ДНР и ЛНР, боеспособность
украинской армии весьма невысока, даже в сравнении с ополченцами
в Донбассе, над которыми ВСУ имели перевес в числе и в технике.
Они не смогли решить задачи по ликвидации этих республик, да еще в
ходе войны несколько раз потерпели крупные поражения, среди
которых в наибольшей степени выделяется Дебальцевский котел. Так
что есть основания предполагать, что масштабный «кессельшлахт»
для ВСУ может оказаться фатальным и ведущим к очень даже
ощутимой деморализации остальных войск.
В боевых действиях против украинской армии очень большое
значение могут иметь как раз психологические операции. Судя по
тому, как раз за разом проваливались мобилизации в ВСУ в 2014 году,
население не особо горит желанием идти на войну, и это будет в
особенности сильно проявляться в случае начала операции
российских войск. Если эта операция будет проводиться под лозунгом
восстановления законного правительства, свергнутого в феврале 2014
года, наведения порядка и ликвидации националистических
батальонов, последующей помощи в восстановлении украинской
экономики после «евроинтеграторов», то она может собрать
значительную поддержку среди населения, резко снизить
сопротивление украинских войск, вплоть до эпизодических
столкновений. Во всяком случае, быстротечная операция в Крыму в
феврале 2014 года, в которой украинские войска не оказали никакого
сопротивления, дает некоторые основания для подобного
предположения. Это все может стать веским фактором успеха
российской операции.
Нужно также упомянуть турецкий фактор. После ряда
политических событий и неудачного военного путча, который был
организован американцами, а также определенного сближения
Турции с Россией, вопрос об участии Турции в масштабной войне с
Россией стал смотреться дискуссионным. Формально Турция член
НАТО и обязана участвовать, но в ситуации кардинального выбора,
Турция может отказаться. Если это произойдет, то НАТО лишается
наиболее крупного подкрепления на «южном» направлении и

вынуждено будет делить свои силы, в том числе и ценой
существенного ослабления группировки в Прибалтике. Отказ Турции
ставит весь план войны под угрозу срыва и резко меняет положение на
всем южном ТВД в пользу России.
Для НАТО подобное развитие ситуации осложняет ситуацию до
крайности, поскольку командование НАТО лишается возможности
развернуть «южную» группировку своих войск, а это делает любые
планы по наступлению на Москву неосуществимыми. Вместе с
разгромом войск НАТО в Прибалтике, неудача и на Украине
неизбежно приводит к провалу всего плана войны НАТО против
России.
Негативная сторона этой операции на Украине состоит в том, что
возможно возникновение двоевластия, приводящего к ситуации
фактического раскола страны на две части и гражданской войны,
которая может принять затяжной характер. Даже если НАТО после
неудачи с планом войны против России пойдет на переговоры о
почетном мире, урегулирование ситуации на Украине станет сложной
и трудной политической задачей.

В гости к НАТО
Рассмотренные в предыдущих двух главах варианты
наступательных действий российских войск все же исходили из того,
что эти операции предпринимаются в ответ на подготовку НАТО к
войне против России, осуществляются в условиях развертывания и
переброски сил НАТО в Прибалтику и на Украину, и имеют целью
срыв замыслов командования НАТО на ранних стадиях их
осуществления.
Но возможна ли чистая инициатива России? С чисто военно-
политической точки зрения тут особых препятствий нет. НАТО за
последние два десятилетия проводит определенно агрессивную
политику, резко расширило состав своих членов и сильно
продвинулось на восток, в нарушение прежних договоренностей.
Теперь идет речь о включении в НАТО Швеции, хотя шведские и
финские ВВС уже проводят совместные учения с ВВС стран НАТО, то
есть де-факто военное сотрудничество уже ведется. НАТО провело

несколько военных операций по смене политического руководства в
целом ряде стран, в частности, в Ираке и Ливии, вмешалось в
гражданскую войну в Югославии. Провозглашенная США война
против международного терроризма на Ближнем Востоке, в частности
в Афганистане, Ираке и Сирии, не дала обещанного успеха,
террористы стали более многочисленными и расширили зону своего
влияния по сравнению с 1990-ми или 2000-ми годами. Теперь вот
руководство НАТО объявило Россию главной угрозой и активно
наращивает свой военных потенциал, особенно системы ПРО, против
нее. Ранее существовавшее сотрудничество было отброшено и его
заменила агрессивная риторика. В этих условиях не может не
возникать мысль о том, что хорошо бы укоротить агрессивные
устремления блока НАТО, если не глобальном масштабе, то, по
крайней мере в Европе. И сделать это до того, как НАТО начнет
разворачивать свою военную машину против России.
Если рассматривать этот гипотетический вариант, то к нему надо
сформулировать несколько предварительных условий. Во-первых,
такого рода война будет преследовать чисто политические цели,
которые будут сводиться к такой демонстрации силы, чтобы из нее
было совершенно очевидна тщетность надежд на силовое
противостояние с Россией и становилось понятно, что лучше
договориться.
Во-вторых, такого рода война должна быть молниеносной, с
самым минимумом жертв и разрушений, и, конечно, полным
исключением применения ядерного оружия. Незначительность жертв
и разрушений сильно облегчает процесс последующих переговоров.
В-третьих, военная цель такой войны состоит не в том, чтобы
ликвидировать армии европейских стран подчистую, а в том, чтобы

европейские страны вышли из НАТО, ликвидировали ее командно-
штабную структуру и вернулись к чисто национальным армиям. Для
обеспечения коллективной безопасности в последующем создается
нечто вроде конференции по европейской безопасности с целью
существенного ограничения вооружений по примеру почившего
ДОВСЕ. Надо все же отметить, что это был довольно эффективный
механизм по предотвращению войн.
Итак, такая операция должна быть ювелирно точной,
молниеносной и абсолютно внезапной. Примерно в стилезнаменитого

десанта под командованием уполномоченного Военного
совета, начальника политотдела штаба Забайкальского фронта
генерал-майора А.Д. Притулы на аэродром Мукдена 19 августа 1945
года, на котором находились император Манчжоу-Го Пу И и
командующий 3-м фронтом японской армии генерал армии Усироку
Дзюн. Внезапный и ошеломляющий по наглости десант численностью
всего в 225 человек привел к аресту правительства Манчжоу-Го и
капитуляции крупной японской группировки.
Если планировать нечто подобное, то место для такого наглого
десанта только одно — Брюссель, в котором находится штаб-квартира
НАТО и Евросоюза. Внезапное появление российских десантников в
этом важнейшем политическом и военном центре Европы, конечно,
произведет глубоко ошеломляющее воздействие и вполне может
привести к достижению целей операции без открытия боевых
действий.
Судя потому, что еще в марте 2015 года обсуждался проект
перспективного сверхзвукового военно-транспортного самолета ПАК
ТА, по проекту способного перевозить до пяти танков «Армата» на
расстояние в 7 тысяч км без дозаправки, видимо, подобные идеи в
Генеральном штабе Вооруженных сил России вполне себе
высказывались, хотя и шокировали некоторых генералов. Расстояние
до Брюсселя сравнительно невелико. От Калининграда — 1160 км, от
Минска — 1600 км, от Москвы — 2230 км. При скорости ПАК ТА в
2000 км в час, это чуть более часа лета от Москвы, а с других авиабаз
и того меньше. 80 таких самолетов могут доставить до 400 танков
«Армата» на выбранный аэродром вместе с десантом, а потом
снабжать эту группировку.
При нынешнем состоянии европейских армий НАТО крайне
маловероятно, что они сумеют что-то противопоставить столь
быстрому десанту и появлению прямо в центре Западной Европы
столь крупной танковой группировки. Впрочем, переброска на
аэродром Брюссель-Завентем в 12 км от города даже полусотни
танков «Армата» вместе с десантом уже будет шокирующей, и они без
особого труда смогут захватить штаб-квартиры НАТО и Евросоюза.
Правда, пока что ПАК ТА еще не создан и не построен в
потребном количестве. Однако, подобные планы осуществимы и при
нынешнем оснащении ВКС России. Дело в том, что практическая

дальность почти всех имеющихся транспортных самолетов: Ан-124,
Ил-76, Ан-12, и всех истребителей: Су-27, Су-30, Су-35, МиГ-29 и
МиГ-31 позволяет достичь Брюсселя с авиабаз в западной части
России, Беларуси и в Калининградском особом районе. Это означает,
что возможен десант с сильным истребительным прикрытием.
Ан-124 «Руслан» может перевозить два танка, или 440
парашютистов или 880 солдат со снаряжением. В ВКС России
имеется 16 таких самолетов, и в авиакомпании «Волга-Днепр» еще 12
самолетов. Итого, максимум, возможна переброска 56 танков, или до
24 тысяч человек. Ил-76 может перевозить 167 солдат или 126
десантников, а также может брать на борт БТР и БМП. В ВКС России
около ста таких самолетов. Таким образом, если «Русланы» перевозят
тяжелую бронетехнику, а Ил-76 десантников, то максимум может
быть переброшено 12,6 тысяч человек десанта. Поскольку есть еще
Ил-76 на хранении, то количество самолетов можно увеличить. При
крейсерской скорости в 800 км в час, от Москвы до Брюсселя им
потребуется чуть менее трех часов лета.
Истребительная авиация должна проложить для них воздушный
коридор, свободный от самолетов ВВС стран НАТО и свободный от
наземных средств ПВО. Чтобы не переходить к боевым действиям,
целесообразнее всего это делать системами радиоэлектронного
подавления, вроде той, что испытывалась на Черном море на
многострадальном американском эсминце «Дональд Кук».
Разумеется, только воздушных средств РЭБ недостаточно,
потребуются еще многочисленные диверсионные группы, которые
должны скрытно проникнуть и отключить радары систем ПВО, а
также гражданских аэропортов вдоль прокладываемого воздушного
коридора, вплоть до аэродрома назначения. Сам аэропорт Брюссель-
Завентем также должен быть захвачен спецназом еще до появления
десанта.
Безопасный коридор для пролета тяжелых военно-транспортных
самолетов — это самая сложная часть плана, от которой в решающей
степени зависит успех всего предприятия. Но если он будет выполнен,
то в дальнейшем особых препятствий уже не будет. Самолеты первой
волны сбросят парашютный десант с техникой для пущей
демонстрации и закрепления контроля за аэропортом с прилегающей
зоной, вторая волна высадит танки и десантно-штурмовые группы,

которые незамедлительно выдвигаются в город на захват важнейших
объектов, в частности штаб-квартир НАТО и Евросоюза. Через
некоторое время им доставляется подкрепление по необходимости и
грузы снабжения.
Поскольку подобная операция осуществима только ночью,
примерно с 01 до 05 часов, когда над Европой наименее интенсивное
воздушное движение, то в случае успеха операции еврокомиссары и
чиновники НАТО, поднятые с постелей, прибегут к зданиям своих
штаб-квартир, уже занятых российскими десантниками. Рано поутру
Европа проснется уже в некоторой совершенно новой военно-
политической реальности. И в этой новой реальности придется
соглашаться на все российские условия.Источник:Книга

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

11 + одиннадцать =